Я пишу манифест, потому что мне нечего сказать
Арт-инсталляция, первая полнометражная работа немца Джулиана Розефельдта, венец творения Кейт Бланшетт, фильм, после которого хочется разом прочитать все книги по искусству, — всё это об одной работе под названием «Манифесто». Если бы главную роль фильма, снятого за 12 дней в Берлине в 2015 году, не исполнила Кейт Бланшетт, он бы так и остался в стенах музея, где изначально транслировался. Давай разберёмся, кто такие тринадцать героинь фильма и почему похороны в нём выглядят смешными.
Кейт Бланшетт зачитывает манифесты знаменитых деятелей искусства в тринадцати различных образах: брокер, домохозяйка, хореограф, кукольник, учительница, вдова и даже бомж. Думаю, не нужно говорить, что талант такого уровня позволяет ей с лёгкостью перевоплощаться в героинь различных профессий, национальностей и социальных статусов. Способность актрисы изображать различные акценты пришлась как нельзя кстати. Читая описание фильма, можешь посчитать, что Бланшетт перевоплощается именно в деятелей искусства, зачитывая их манифесты, но это не так. Эта работа несколько сложнее, чем кажется на первый взгляд: образы, которыми так смело жонглирует актриса, отражаются и в окружающей среде, в которой находится та или иная героиня. А говорит она очень важные для мира искусства слова.
«Good evening, ladies and gentlemen. All current art is fake!» Так говорит ведущая новостей, пропагандирующая концептуальное искусство. Кейт-ведущая обращается к Кейт-репортёру, выходит и правда концептуально. «Nothing is original. So, you can still from anywhere». А это слова из мира кино. Учительница говорит наставления детям словами Джармуша и фон Триера, а те повторяют их, как будто заучивая. Между делом героиня Кейт исправляет рисунки детей, мол, здесь свет должен быть естественным. Дадаизм, остроумный в своей подаче, изображает вдову, произносящую с трибуны: «Первое из направлений: дадаизм не противостоит жизни эстетически, но рвет на части все понятия этики, культуры и внутренней жизни, являющиеся лишь одеждой для слабых мышц».
Помимо интересных монологов, «Манифесто» может похвалиться почти идеальной визуальной составляющей. Вот бомж тащит за собой всё нажитое, проходя мимо руин какой-то заброшенки, выкрикивая антикапиталистические лозунги. А вот брокер, говорящий о новом футуристичном обществе, представляет собой наше будущее: «Мы будем восхвалять войну, разрушительные действия освободителей, прекрасные идеи, за которые не жалко умереть, и презрение к женщине...» Авангард в лице Бланшетт сидит в андерграундном баре среди музыкальных инструментов, людей с татуировками и сигаретного дыма. А мой любимый конструктивизм — это стерильный костюм и странная комната, не то арт-объект, не то шумоизоляционная камера и слова Малевича: «Мы, подписавшие этот манифест, первыми подняли знамена Революции Искусства, беспощадного уничтожения законов академизма, подставляя голову свою под удары брани, свиста и насмешек печати и толпы».
«Манифесто» интересен, напоминает лекцию об искусстве, только без твоего лектора-дедушки из университета, но с интересной подачей и чудесной Кейт Бланшетт. Будь готов напрячь мозги и вспомнить всё, что знаешь об искусстве, тогда у тебя получится узнать пару фамилий и явный авангард. В остальном будь готов к бесконечным отрицаниям всего предыдущего опыта, в особенности академического искусства. Если не хочешь осмысливать искусство с его вечными странностями, просто посмотри на чудесную картинку с чётко выверенными кадрами. Ну и почему ты ещё не смотришь?
